Предприниматели плачутся, что выручка упала, аудитория разбежалась, реклама не работает, а клиентов привлекать стало втрое сложнее. И тут же говорят: «Проголосуем за кого угодно, лишь бы блокировки отменили». Звучит логично. Только вот незадача — они уже голосовали. И те, за кого голосовали, эти блокировки и устроили. Николай Платошкин разбирает, почему малый бизнес раз за разом голосует против собственных интересов, кто реально вносит законы против блокировок, а кто просто красиво говорит в камеру, и что конкретно можно сделать уже сейчас, до сентябрьских выборов в Госдуму.
Самое важное — это не теория и не предвыборная агитация. Это факты, которые проверяются за десять минут. Все голосования в Государственной Думе открыты на её официальном сайте: кто, за что, когда. Поимённо. «Новые люди» позиционируют себя как партию предпринимателей, молодёжи и стартапов. Но именно они проголосовали за введение НДС 22% для малого бизнеса с 1 января — того самого бизнеса, который они якобы защищают. Против голосовали только коммунисты. Та же история с блокировками: КПРФ внесла законопроект о цифровых гарантиях граждан, запрещающий блокировки на законодательном уровне, написала депутатский запрос правительству с требованием их прекратить. Остальные — против или молчат. Это не слова на камеру, это подписи и протоколы голосований.
Отдельная история — «Новые люди» у Амирана. Сидят, возмущаются блокировками, признаются, что сами скачивают запрещённые приложения для ведения своих аккаунтов в заблокированных соцсетях. А потом идут в Думу и голосуют за эти же блокировки. Это называется красиво — «слова одно, дела другое». Платошкин предлагает простую проверку: наберите в поиске «позиция партии «Новые люди» по блокировкам интернета» — и смотрите не интервью, а реальные голосования. Разница окажется весьма показательной.
Малый бизнес сейчас зажат с трёх сторон. Первое — налоги выросли, и в следующем бюджете они вырастут снова, только распространятся на более широкий круг предпринимателей. Это уже решено. Второе — блокировки убили дешёвую рекламу в соцсетях, а переключение между десятками VPN-приложений утомляет даже самых лояльных клиентов. Третье — у людей попросту заканчиваются деньги. В Москве закрылись сотни заведений общепита — не потому что плохо готовили, а потому что люди теперь думают: сходить поесть с друзьями или взять что-то домой подешевле. Это не три отдельные проблемы. Это одна система, которая давит одновременно.
Платошкин приводит пример, который многих раздражает, но от этого не становится менее точным. Лукашенко — «совок», «последний диктатор Европы», флаг Белорусской ССР, праздник 7 ноября. Но интернет в Белоруссии не заблокирован. Мало того, Лукашенко публично назвал блокировки «возвратом в Средневековье». При этом Белоруссия — страна с самым низким уровнем коррупции на постсоветском пространстве и наибольшим числом граждан с шенгенскими визами. Вывод простой: дело не в идеологии и не в географии. Дело в конкретных решениях конкретных людей. Значит, это всё рукотворно. Значит, это можно изменить.
Что реально можно сделать? Во-первых — прийти на выборы. Если вы не пришли, за вас выбрали другие. На региональных выборах явка бывает 10%. Остальные 90% потом искренне удивляются, кто же принял все эти законы. Во-вторых — стать наблюдателем на избирательном участке. Это законное право каждого. Достаточно обратиться в любую партию, которая вам ближе, и попросить удостоверение наблюдателя. Без наблюдателей голоса просто не досчитают. В-третьих — создавать и распространять контент. Не скандальный, не агрессивный — просто объясняющий людям, что ситуация обратима, что есть конкретные инструменты влияния и что пассивность — это тоже выбор, просто чужой.